Конфликт в Западной Сахаре



 
Тэги: Западная Сахара, война, Марокко, конфликт, повстанцы
Последнее обновление 11.12.2013.


В 1975 году испанские власти официально объявили о скорой деколонизации Западной Сахары, права на территорию которой немедленно заявили Марокко и Мавритания; вторая, как утверждается, скорее просто из желания не допустить очень возможной аннексии всей Западной Сахары марокканцами, с середины 50-х выдвигавшими притязания на всю северо-западную Африку. Пока не совсем понятны мотивы Испании в передаче этого вопроса на откуп Мавритании с Марокко. В начале 1975 обе высокие претендующие стороны заявили, что подчинятся решению международного арбитража в лице ИКЖ, и группа специалистов ООН, проведя соответствующее исследование, обнаружила, что некоторая вассальная связь имеется между основными племенами ЗС и королем Марокко, но не настолько основательная, чтобы служить поводом к аннексии; марокканцы в своих притязаниях исходят из неких моральных прав и клановой подчиненности старинных обитателей этих мест султанам Марокко, но этот аргумент представляется довольно сомнительным. Когда в октябре суд вынес решение, что ни одна из стран не имеет прав на ЗС, Марокко с Мавританией дружно проигнорировали его решение, нарушив ранее взятые на себя обязательства. С 1973 года в колонии вел вооруженную борьбу против колониальных властей фронт ПОЛИСАРИО, который адвокатировал проведение референдума по вопросу о самоопределении Западной Сахары; постановление комиссии и вердикт ИКЖ признавали за обитателями спорных земель право на самоопределение, так что, следуя букве постановления, Полисарио был признан ООН как легитимная власть Западной Сахары. Однако короля Марокко Хассана Второго это не остановило. Король Хассан анонсировал “Зеленый марш”, призвав граждан страны собрать 350 тыс. волонтеров для марша на территорию Западной Сахары, дабы продемонстрировать символически единство народов. По разным данным, собралось от 50 до 520 тыс. человек, которые в начале ноября 1975 года пересекли границу с испанской колонией и направились на юг; испанские пограничники сопротивления не оказали. Вошедшей следом марокканской армии, однако, сопротивление оказал Полисарио, что и стало началом военного конфликта.

В феврале 1976 года испанцы покинули колонию, забрав с собой даже покойников с кладбищ, передав территорию под совместное управление Марокко и Мавритании, поскольку те согласились сохранить права на разработку фосфатов за испанцами. Отказавшийся подтвердить права испанцев Алжир из дела исключили. В ноябре обе страны заключили с Испанией т.н. Мадридский договор, подытоживший договоренности – Марокко получало под свой контроль две трети территории Западной Сахары, Мавритания треть, а Испания доступ к фосфатам, залежи которых в этом регионе оцениваются как очень значительные, и, по оценкам экспертов, получи Хассан единоличный доступ к ним, то Марокко стало бы практически монополистом на рынке. В настоящий момент добыча фосфатов на территории Западной Сахары оценивается примерно в 2,4 млн. тонн ежегодно.

Алжир отреагировал на действия подписантов Мадридского соглашения соответственно, предложив Полисарио военную помощь. Собственно, по наблюдениям квалифицированных аналитиков Алжир интересовала еще и перспектива использования крупных залежей железной руды на своей территории рядом с границей бывшего испанского владения; затея эксплуатации депозита была бы коммерчески выгодна только при условии вывоза через Атлантическое побережье; специалисты полагают, что не последнюю роль в решимости Алжира поддерживать повстанцев сыграло и само поведение Марокко, которое не утруждало себя консультациями и переговорами, а просто, де факто, прибегло к аннексии территорий, на которые имело виды (см. также историю с островом Перехиль, носящую, как мне кажется, по своему дипломатическому\юридическому оформлению явные черты сходства с западносахарской). Поскольку Марокко также претендовало на изрядный фрагмент юго-западной части Алжира, последний явно опасался возможных перспектив такой же брутальной ирреденты в отношении собственных земель.

В начавшемся следом за трехсторонним соглашением конфликте Полисарио проявило себя как очень квалифицированная военная и политическая сила. Сперва повстанцы постарались вывести из борьбы Мавританию, как более слабого противника. В 1976 и 1977 году они атаковали столицу страны, Нуакшот, оба раза крупными группами по несколько сот бойцов, проходя по 1500 км по дороге к цели и проводя широкомасштабные отвлекающие маневры. В 1977 они также четырежды нападали на Зуэйрат, центр добычи основного мавританского экспорта (железной руды), нанесли существенный ущерб добывающей индустрии в этом районе и логистическому ее компоненту. Военные действия съедали до 65% бюджета Мавритании, в стране пришлось вводить специальный налог, но ни это, ни списывание долгов странами Персидского залива не помогало. Дело закончилось путчем, морально поддержанным французами, которых в конфликт вовлекала Мавритания на основе договора об обороне, и которых это не устраивало. Новое правительство подписало мирный договор с повстанцами на основе отказа от взаимных притязаний, признало авторитет Полисарио как легитимной власти в Западной Сахаре, в 1984 последовало признание как государства, и на съезды движения, начиная с Пятого, ездили мавританские делегации. Марокко отреагировало на действия Мавритании аннексией южной трети Западной Сахары, отведенной мавританцам Мадридскими соглашениями.

С 1978 года начались крупные проблемы и у марокканцев. В 1979 году трижды подвергался набегам и разорению город Тан-Тан в южной части Марокко, крупная авиабаза и пункт дислокации марокканской армии. В ходе январского нападения повстанцы ворвались в город и хозяйничали свыше 4 часов, марокканские газеты квалифицировали произошедшее как “национальную катастрофу”, и лично король Хассан высказался, что оно “превышает границы терпимого”. 11.8.79 подверглась нападению, штурму и разорению база марокканцев на самом стыке зон ответственности Марокко и Мавритании. в Бир Энзаран. 125 марокканцев погибли, потери повстанцев были оценены в 500 покойников, но марокканцы смогли предъявить только 13 тел. После этой баталии король Марокко провозгласил, что повстанцы не могли такое сделать одни, им кто-то помогает, но и по сю пору нет никаких подтверждений, гордо констатирует сайт Полисарио. В том же году прошло еще несколько мощных агрессивных акций Полисарио. 5-7.10.1979 атаке подверглась Смара, узел дорог в северной части спорного региона. Окруженная 8-мильным периметром оборонительных сооружений, за которым заседало 5400 защитников, она была осаждаема 5000 повстанцев. Первый натиск, предваренный основательной артподготовкой (1700 снарядов) был отбит, а второе наступление, 7 числа ночью, удалось отразить только с массированной помощью “Миражей”, потери сахрави оцениваются в 750 человек и 200 единиц техники. За три дня погиб 121 марокканский солдат. В декабре в знак скорби по умершему президенту Алжира Бумедьену повстанцы провели новую серию выпадов, погибло за месяц порядка 600 марокканских солдат. С 1980 марокканцы перешли к тактике мобильных колонн, которые перемещались по пустыне и пытались отловить сахрави, но тактика эта особых результатов не принесла, и к тому же в ответ сахарцы стали наносить удары по самой марокканской территории, рекордным явился прорыв на 240 км вглубь нее. В 1981 году дважды Полисарио осаждал Гельту Земур (другое правописание – Гельтат Земур), в марте и октябре здесь велись жестокие бои, в которых участвовали крупные силы Полисарио, до 3000 человек пехоты, танки и бронетехника (около 60 т-54 и т-55), и были сбиты три марокканских самолета (по слухам, советскими ракетами).

Однако к тому времени уже полным ходом велось введение в строй новшества, фактически и определившего современное положение сторон в конфликте. С 1980 года марокканцы стали строить оборонительные валы, известные купно под названием “берм” (так, по моим данным, называется загородка поверху бархана), усиленные массированными минными полями, заграждениями из колючей проволоки, радарами, разветвленной сенсорной системой, мобильными патрулями и крупными силами быстрого реагирования. За 1980-87 годы построено 6 валов, общей длиной 2720 км, т.е. больше Великой китайской стены. Крайне любопытно, что, по некоторым сведениям, совет построить “берм” дал Ариэль Шарон, а деньги на строительство дала Саудовская Аравия. Приводимые в разных источниках ттх “берма” разнятся, но среднее арифметическое будет примерно следующим: общая численность гарнизона около 100 тыс. чел., общая длина заграждений из колючей проволоки 20 тыс. километров, порядка 300 опорных пунктов. Само строителсьтво каждого из валов отнимало 2-4 месяца. Система валов тянулась от Атлантического побережья на самом юге Западной Сахары до пункта на территории Марокко километрах в 70 к северу от границы с Западной Сахарой, и отсекала примерно 90% спорной территории. Хотя сахрауи предпринимали в 1986-87 годах крупные набеги на вал и даже сумели разрушить несколько его участков, завершение “берма” повлекло водворение в конфликте патовой ситуации.

Дипломатически победа осталась за Полисарио, в 1984 получившем место в ассамблее ОАЕ, в ответ на что Марокко вышло из состава организации и по сю пору является единственной страной континента, в ней не состоящей. Провозглашенную фронтом САДР (сахравийскую демократическую арабскую республику) к 1985 признало 60 стран, а к 2004 около 80, хотя немало стран отозвали свое признание в 1996-2000 годах. Полномочные посольства САДР есть в полутора десятках стран, и далеко не только африканских, и никто никогда не признал официально марокканский суверенитет над территорией. Однако правительство провозглашенной республики вынуждено оставаться на алжирской территории, в районе города Тиндуф, где размещена также огромная масса беженцев из Западной Сахары, численность которых оценивается в 80-160 тыс. чел., или примерно половина от общего числа жителей Западной Сахары на данный момент. Для Марокко вся война в целом представляет собой, объективно говоря и отодвигая в сторону вопросы потери престижа и пропажи инвестированного в затею морального капитала, просто большую головную боль, поскольку приходилось тратить 25-30% бюджета на ведение войны, и сейчас ненамного меньше, и огромные по местным меркам суммы на финансирование строительства в регионе инфраструктуры ($2,4 млрд. за 20 лет, тогда как весь внп страны в 1989 году равнялся $20 млрд., государственный долг 22 млрд., все доходы бюджета 5 млрд., экспорт 3 млрд., импорт 5 млрд.), отвлекая их от экономически важных проектов в других частях страны, и, как разумно замечают аналитики, тем самым потворствуя росту бедности в стране, что, непрямым образом, позитивно влияет на рост фундаментализма в ней же. К тому же, нельзя не отметить, если уж население ЗС связано традиционно прочными моральными и религиозными узами с марокканским королем, то явно, что оно это продемонстрирует на референдуме, и коли Полисарио только горстка негодяев на жаловании у алжирской разведки, как систематически и упорно утверждает марокканская сторона, то какой резон опасаться его влияния в ходе подготовки референдума?

Неоднократно предпринимались попытки урегулировать конфликт мирным путем, в июле 1981 король Хассан предложил провести референдум, однако дело сорвалось, поскольку Полисарио требовало включить в вопросник опцию независимости. В 1983-84 марокканский король пробовал различными мерами подорвать позиции Полисарио и предлагал “оставить себе только флаг и почтовый штамп”, а все остальное обсудить, но не преуспел. В конце 80-х при посредничестве ОАЕ и ООН начались мирные переговоры, 6.9.91 вошло в силу соглашение о прекращении огня. Марокко согласилось на референдум с опцией предоставления Западной Сахаре независимости, однако затем заняло неконструктивную позицию. Составленный Минурсо, миротворческой миссией ООН ростер лиц, которые имеют право принять участие в голосовании по вопросу о судьбе Западной Сахары, включал 86425 человек, и в него включены все, кто попал в испанскую перепись 1974 года или может доказать родство с попавшими. Однако Марокко потребовало сперва включить в него больше 100 тыс. поселенцев и обитателей южной части Марокко (бывшей северной части испанских колоний в регионе), якобы не учтенных переписью 70-х годов, а потом вообще отказалась от проведения референдума, назвав его неправомерным способом решения вопросов. Фактически, это грубое нарушение условий мирного договора, но в силу стратегического союза с США и Францией Марокко так и не получила никаких взысканий со стороны ООН.

Ситуация в настоящий момент остается патовой.


© Конфликтолог, 2006- ...
По вопросам заимствования материалов обращайтесь к редакции
Locations of visitors to this page