Маоистское повстанческое движение в Непале



 
Тэги: гражданская война, Непал, маоизм, коммунисты
Последнее обновление 13.02.2016.


Маоистское повстанческое движение, известное еще как гражданская война в Непале, неожиданно для маоистского движения крепкое и единое, и сумевшее добиться многого из поставленных задач, представляет собой интересный предмет для анализа.

Базой организации, затеявшей повстанческое движение, стали три фракции Непальской компартии, подверженной, как известно, фракционализму, объединенные как КНП (“единый центр”, или, по другой версии перевода, “центр единства”). На выборах-1990 сторонники этого течения в коммунистическом движении участвовали не под флагом УМЛ, а отдельно, как УПФН (единый народный фронт Непала), взяв 8 мест; однако в преддверии выборов-94 фронт распался. Разочаровавшиеся в конституционном процессе сколотили свою собственную фракцию, КПН (М\маоисты), обвинившую остальные коммунистические группы в ревизионизме, в марте 1995 принявшую декларацию о курсе на развязывание повстанческой войны в программном документе под названием “Стратегия и тактика народной войны”. Главными лидерами этого направления были Пушпа Камал Дал по прозвищу “Прачанда” (“неистовый”) и Бабурам Бхаттарай.

Осенью 1995 года в западной части страны проводилась “операция Ромео” по изобличению и прессованию “левых” в рамках очередной склоки в парламентских кругах, “это было нечто чуть-чуть более значительное, чем использование полиции для грабежа”, и “операция была достаточно грубой, чтобы возбудить недовольство среди жителей региона и недостаточно хорошо подготовленной, чтобы послужить детеррентом”. 4 февраля 1996 Бхаттарай предъявил в письме на имя премьера (на тот момент Шер Бахадур Деуба) набор из 40 требований, в число которых входили создание светской республики, упразднение всех привилегий короля и его семьи, созыв парламента, разрыв пакта с Индией и договора о разделе водных ресурсов от 1996 года, “отдающего непальскую воду во власть индийских экспансионистов”, запрет на вульгарную хиндуистскую культуру и особенно фильмы (даже все машины с индийскими номерами в Непале полагалось запретить, а всего индо-непальских отношений касалось 8 из 40 пунктов), масса социальных требований, от закрытия центров рекрутирования гуркхов до установления, строгого соблюдения и постоянной индексации минимального оклада, всем деревням свет, воду и дороги, образование и здравоохранение для всех и бесплатно. Бхаттарай объяснял экономические проблемы Непала доминированием Великобритании, сменившимся доминированием Индии, в значительной степени контролирующей экономику Непала и эксплуатирующей местную дешевую рабсил. Ответ ожидали не позднее 17 февраля, но за четыре дня до дедлайна ответа все не было, и тогда началась собственно инсургенция.

13.2.1996 считается компетентными лицами датой начала маоистской инсургенции, известной также под названием Джана Юддха (Jana Yuddha), “народной войны”. На старте, вспоминал ветеран движения, у маоистов было только 2 ружья, из которых одно сломано. Для начала были атакованы семь целей: два полицейских поста, банк сельскохозяйственного кредита и перегонный завод, дом землевладельца и ростовщика, завод “Кока-Колы” в долине Катманду; атака подкреплена распространением пропагандистских материалов. Цели были явно выбраны совершенно определенным образом ради демонстрации общего настроя движения: так, нападение на “Кока-Колу”, свидетельствует о нелюбви к транснациональным корпорациям, перегонный завод – о борьбе за здоровую жизнь. В первые две недели совершено около 5000 акций, от нападений на полицейские посты до битья местных землевладельцев. Строго говоря, модель развития была проста – сперва выбиваются местные джентри и официальные лица, часто и учителя, что объясняется политизированностью процесса назначения в учителя. Обычно к ночи являлись повстанцы, забирали самых видных “эксплуататоров” и сообщали им, что в рамках “народных судов” прилюдно заставят страдать, как эксплуататоры заставляли народ; далее, например, разбивали молотками ноги и голени. Граждане все это в целом приветствовали, и положительно воспринимали некоторые другие кампании, типа борьбы с пьянством и насилием в семье, равноправие женщин и против кастовой системы, и обычно повиновались, даже если не имели сочувствия к маоистским лозунгам, по местной давней традиции повиноваться властям, как прежде Рана, панчаятам, “демократии”. В зонах, полностью лишенных влияния правительства, проводились нерадикальные социальные реформы: например, школы частного характера закрывались, но всем остальным даже не предписывали менять расписание, и земля не изымалась. Повстанцы располагали также аппаратом для действий в городах и при надобности проводили забастовки, и время от времени через фасадные организации проводили кампании, например, за отмену оплаты обучения, выигрывая симпатии среднего класса. Далее обычно выходило, что вступившаяся за признанных эксплуататорами полиция подвергалась прессингу и, не имея сил противостоять в открытую, переходила к тактике концентрации сил, оставляя тем самым свободные зоны. В них проводилась передислокация сил маоистами для нанесения ударов. В 1997 военные вынуждены были разместить значительные силы для предотвращения срыва голосования, поскольку каждый, кто придет голосовать, был объявлен маоистами изменником, с неприятными перспективами. Но тогда движение еще не развернулось во всю мощь, и в те дни крупным, показательным актом борьбы с государством было нападение на полицейскую станцию 29 партизан, вооруженных самодельными винтовками и бомбами – потери двое убитых у полиции, трое у повстанцев, захвачено 4 ствола и “сотни” патронов. Весной 1998 силовики попытались перейти в наступление, но лавров особых оно не принесло. В июле 2001 было заключено первое перемирие, видимо, использованное повстанцами для доукомплектования и консолидации сил.

С ноября 2001 повстанцы, как считается, перешли в фазу наступления, проводя операции в 68 из 75 дистриктов, в 32 из них действовали в открытую, и провозгласили создание в январе революционного правительства в 7 дистриктах страны; на это непальское руководство отреагировало провозглашением ЧП, задействованием королевской армии (официальное распоряжение последовало 26 ноября 2001 года), принявшей заодно бразды начальствования полицией и военизированными формированиями, и проведением законодательного акта о терроризме. Сперва введение в бой вооруженных сил вызвало неприятные эмиоции у маоистов, и несколько фигур уровня региональных партийных бюро, батальонных и бригадных командиров сочли за лучшее сдаться. Однако перелома в ходе войны не наступило, и маоисты продолжали оставаться реальной угрозой. 29.1.2003 было анонсировано второе по счету перемирие, маоисты предъявили свои условия, начиная с освобождения политзаключенных и прекращения уголовных дел, отмены репрессивных законов, вплоть до созыва круглого стола с участием всех заинтересованных лиц, который напишет временную конституцию и создаст временное правительство, интеграции своих сил в армию, отмены пакта 1950 года с Индией. 27 августа 2003 года перемирие, в ходе которого стороны постоянно жаловались на провокации оппонентов, официально было разорвано маоистами, виидмо, разозленными особо шумной расправой со своими сторонниками (т.н.“инцидент в Дорамба”).

Первые два месяца после возобновления конфликта были ознаменованы крупными грабежами, большой забастовкой, бомбовой кампанией в Катманду, обошлись в 500 покойников, к январю 2004 общее число убитых с начала инсургенции оценивалось в 8826. Несмотря на мощные военные акции и большой ущерб, оными нанесенный маоистам, в 2004 году повстанцам удалось по весне провести несколько крупных атак на дистриктные центры, в частности, Бени и Бходжпур, продемонстрировав способность появляться тысячами, и они преуспели распространить свое влияние в новые области. 31.8.2004 повстанцы по результатам пленума объявили о том, что дело переходит к фазе “стратегического наступления”. В 2005 во времена королевского переворота они взяли обыкновение блокировать транспортные магистрали (в рамках стратегии “стоя на позвоночнике, бить в голову”, имея в виду под позвоночником транспортные артерии), и очень успешно, теперь мало кто даже при условии предоставления конвоя ездил из одного региона в другой; армия в ответ выразила намерение перейти на операции “на уничтожение”, с полным и крупными силами окружением подозрительных районов. Тем не менее маоисты удачно пережили и попытки военных перейти в наступление и период внутренних дебатов, сохранив при этом единство, в течении 2005 года провели несколько шумных и дерзких акций, продолжали издеваться над экономикой страны, а 7 августа 2005 разгромили армейскую базу под Каликутом, в деревне Пакха, являвшуюся частью системы охраны проекта дорожного строительства. Это, пожалуй, акция, получившая наибольшее паблисити, хотя и ранее маоисты устраивали атаки крупными силами, и иногда крайне для себя неудачно. В это раз гарнизон был выбит, а подкрепления нейтрализованы устроением засад на пути их подхода, и маоисты без особых сложностей покинули поле боя, итого 26 убитых у маоистов, 40 убитых у армии. Вслед за де факто роялистским переворотом, в конце 2005 маоисты сколотили альянс с “традиционными политическими партиями” и согласились на перемирие, но 2 января 2006 отказались его соблюдать.

По результатам народных выступлений весной 2006 (см.) король назначил новым премьером Г.П.Койралу и тот пригласил маоистов, поддержавших про-демократические выступления, к переговорам. С июня 2006 года шли переговоры, инсургенция формально завершилась в ноябре 2006. 21 ноября Пушпа Камал Дал и Гириджа Прасад Койрала в Международном конгресс-центре имени Биренды в Катманду торжественно подписали мирный договор. Количество погибших в процессе гражданской войны оценивается по горячим следам в 13 тыс. чел.


© Конфликтолог, 2006- ...
По вопросам заимствования материалов обращайтесь к редакции
Locations of visitors to this page